voronkov

Воронков Евгений Александрович родился в 1936 году в Куйбышевской области. В юношеские годы жил в Бузулуке, работал токарем на Бузулукском машиностроительном заводе. Член литературного объединения им. Д. Фурманова, а затем член Бузулукского отделения молодых поэтов (БОМП). Его стихи печатались в газете «Под знаменем Ленина». После разгрома БОМПа уехал в Куйбышев. Окончил Куйбышевский педагогический институт. Трудился в газете «Крылья Родины». Погиб при невыясненных обстоятельствах.


Произведения автора

  • Воронков Е. «Отец мой много воевал…»; «Снежинки падают и тают…»: стихи // Родные берега: антология. – Бузулук, 2015. – С. 28-29.
  • Воронков Е. «Снежинки падают и тают…»; Песня молодых; «Хочешь о море? Я выдумал гул…»: стихи // На розовом коне…: Стихи и проза членов Бузулукского объединения молодых поэтов. – Калуга: Золотая аллея, 2008. – С.156-158.

Литература о жизни и творчестве

  • Курдаков Е. «Мы не от старости умрём!..»: очерк о БОМПЕ [В статье есть воспоминания о Евгении Воронкове] // На розовом коне…: Стихи и проза членов Бузулукского объединения молодых поэтов. – Калуга: Золотая аллея, 2008. – С.9-45.


Интернет-ресурсы


ВОРОНКОВ ЕВГЕНИЙ

Милый Говорун

СТИХОПЛЕТ

Кто я? Ловящий звук локатор?
Червь книжный в скопище людском?
Простой советский компилятор,
Бумагу мажущий пером?

Смеясь над заданным притворством,
Поэт бумагу разложил
И языком нарочно черствым,
Про бабью нежность говорил.

Про муки страсти, про напасти,
Каких на свете даже нет…
Читатель обалдев от счастья,
Воскликнул: «Во, дает поэт!»

И в самом деле – так искусно
Сплел стих – не скажешь ничего,
Но почему – то стало грустно
На миг создателю его.

Он знал, как делал эту речь.
Как мысль живую окультурил.
Он думал – сборники бы сжечь,
Да заменить … душой, в натуре!

1

На дальнем озере.

Росой и свежей ежевикой
Там пахнет солнечный восход,
И лебеденок тихо-тихо
На дальнем озере живет.

В нем караси луну месили,
В нем солнце бултыхалось в рань,
И синь воды, и запах сыри
Впитались лебедю в гортань.

И страсти подлинной и мука
Все песни лебедя полны;
Он ткет серебряные звуки
Из бликов солнца и волны.

2
МАРТ.
Снега так пасмурно горят—
Они еще не смеют высказать
Едва проснувшуюся страсть
В шальную пенистую исповедь

Они темнеют и молчат
Они лежат пластами ярыми.
Вот-вот сорвутся, заворчат
Глухими долами и ярами!

Зима не хочет сдать дела.
Она еще снегами новыми
Обдаст – и степь бельем бела,
Немое белое безмолвие!

Но вновь капели - кап да кап
Стучат, простукивают почву,
В какие дни, и где, и как
Весне развертываться почкой.

3
В небе скользят облака.
Вьется крылатая птица.
Сердцу прекрасное сниться.
Жизнь беспричинно легка.

Жизнь беспричинно легка.
Сердцу немногое надо.
Солнце. Апрель. Облака.
Тихий ноктюрн водопада.

Дождь застучал? Ну и что ж?
Тучи клубятся, ликуя.
В губы стучит поцелуем
Первый застенчивый дождь.

А из-за облачных крыл,
Неповторимо прекрасно
Светлой апрельской гримасой
Солнце взирает на мир.

4
Апрель! О, эта тихая капель!
Ручей, снега упорно размывающий!
Гремящий вдалеке и затихающий
И вновь поющий розовую трель!

Упрямо пробивается трава
Во тьме земной продалбливая трещину
Вот кто-то на скамье целует женщину.
Забыв про все приличья и права!

Неяркий час. Над Волгой тишина.
Звучит волна фальцетом, чуть рыдающим.
А над закатом, город обнимающим,
Качается волшебная луна!

Как хорошо, сидя вблизи воды,
Глотать вино, балдеть в беседе долгой,
Грустя о том, что вот захочет Волга –
И смоет наши глупые следы!

И взглядом, убегая по волнам,
Расположась на сваях, как патриции
Мечтать о том, что не было б милиции,
То можно б не смотреть по сторонам.

Потом идти раскованно смеясь,
Слоняться бесшабашными бродягами,
И не махать забралами и флагами –
А просто так вот, честно, без прикрас.

О том, о сем… что многие параграфы
Не так уж глупы, если в корень зрить.

5

Веселая мазня весны!
Грачи в качалке красных веток!
Настороженность силуэтов
В стеклянном зареве луны.

Бредут фигуры черных пар
И каблуками лужи режут
И я иду в остывший парк
И хрусталем гремлю небрежно.

Там колыхаются дома
В кусках оранжевого света,
И жухлых листьев кутерьма
Поет шершавые сонеты.

Там из убогой старины
В к очередной любовной драме
Щербатое лицо луны
плывет в индиговой оправе.

А утром, вновь я обручен
С моей весной – и вижу живо:
Толпа по улицам течет,
Как кровь в моих весенних жилах.

И я вдыхаю на бегу,
И задыхаясь, и волнуясь,
И тишь, и звон, и долгий гул
Моих помолодевших улиц!

И я сквозь снегопад холодный
Лечу от счастья сам не свой
На встречу с новой, прошлогодней,
Столетней давности весной.

6
МАЙ ИЗ ОКНА ВАГОНА

Меж темных деревьев, железной стрелой,
Летел, громыхая, стремительный поезд.
Ромашки от нас убегали толпою,
И таял вдали одуванчиков рой.

Сквозь май мы неслись, сквозь высокие сосны.
Деревья шумливы. Трава зелена.
И кто-то сказал, на горячее солнце
Кивнув головой: «Смотрите – весна!»

И все посмотрели туда, где бежал
Веселый ручей, грохоча и сверкая:
Где к небу тянулась трава молодая,
И грач на сосне обалдело кричал.

И были весенние грезы легки.
И прыгало солнце по красным вагонам,
И в лицах мальчишек цвели васильки,
Когда подъезжали мы к тихим перронам.

И вновь меж деревьев, железной тропой,
Летел, громыхая, стремительный поезд.
…Ромашки от нас убегали толпою
И таял вдали одуванчиков рой.

7
АПЛОМБ НЕЖНОСТИ.

Вздувшихся мышц безобразие
Ревом почтил стадион.
А я чемпион по фантазии,
По нежности чемпион.

Раскрыв изумленное око,
Природа восстала от сна.
Весна колобродит у окон.
В полях цветоводит весна!

За птичек ей – высшая бальность!
И за голубую траву!
Простите мне сентиментальность:
Цветочком цветок назову!

Любименькая! В эту слякоть
Ты зонтиком плечи прикрой.
Как жаль – разучились мы плакать,
Лишь губы кусаем порой.

Бушуйте вы жизни потоки!
Срывайте слежавшийся ил!
Я счастлив. Что в век мой жестокий
Я нежность еще сохранил.

Я в жизни немногое значу.
Стать личностью – все недосуг.
Я гавриков друг и собачек,
Ромашек и лютиков друг

8
БАШМАЧОК

Купались в речке мы прекрасным летом.
Студила нас вода. А согревал песок.
Катались в лодке мы, и в речку ты при этом
Бесценный обронила башмачок…

И встала ты. Прелестная, босая,
С улыбкою. Как на воде круги;
Взглянула на меня смущенными глазами
Безмолвно высказала: «Помоги!»

Я сразу: прыг! Мне повезло – раз двадцать
Всего нырнул – и башмачок в руке…
Мне повезло. А мог бы я остаться
Совместно с обувью твоей в реке.

У башмачка бы терлись рыбьи пары-
Что мне до малокровных, их тревог ?
В моих глазах задумчивых и карих,
Пылал бы образ бело-смуглых ног.

9
ПЕЙЗАЖ
Лучи достигли голубого дна
И выхватили мне из глубины
Зеленый стебель линии чудесной
Два выпученных глаза и клешню,
Скользнувшую проворно в сизый сумрак,
Две рыбы с плавниками,
Пять-шесть задумчивых полосок света!
Вдруг ветер взвился и - исчезло все!
И только солнце на воде кипело!
И только листья буйно трепетали,
И ива низвергалась водопадом
Водоподобным, буйным и зеленым.
10
БЛАГОДАРНОСТЬ К ШМЕЛЮ

Пока вы спорите, кто гений, кто не гений,
В дыму скандируя фамилий пресных рой,
Я в балдеже от дивных песнопений
Седых шмелей, гудящих над травой.

Меня вчера изрядно колотили.
Досталось крупно _ в ребра и под дых.
Но уничтожат критиков моих
Седых шмелей вульгарные мотивы.

Теперь я все наверняка смогу!
Уверенность моя – отнюдь не мания!
Спасибо вам, шмели, эа дружественный гул,
За понимание и просто за внимание!
Спасибо вам за то, что счастлив с вами я,
Мохнатые кусачие друзья

11
Из цикла «Наша осень»

Пока куролесит сентябрь,
Спеши в этой хрупкой прохладе,
Любимую за руку взяв,
Кружить в золотом листопаде.

Глотай в эти краткие дни
Охапками воздух осенний!
Как быстро сгорают они –
Твои золотые мгновенья!

Объяты горящей листвой-
Кострищами средневековья –
В обнимку сгораем с тобой,
А нам почему-то не больно.

Наш лес – разноцветный корабль,
Где в пиршестве красок богатом.
По веткам развесил сентябрь
Гербарий сгоревших закатов.

Лист ясеня – словно заря,
Березовый – спелая груша…
Холодный огонь сентября
Обжег наши нежные души.

О, славный, о сладкий недуг.
Весной ли, зимою влюбленных!
Как кроны оранжевых кленов
Трепещет листва наших рук!

12
УХОДИТ НОЧЬ

Уходит ночь. Так и в холод птицы
Торопятся в осенний дым,
Чтобы весною возвратиться
С пером и голосом иным.

Так облака уносит ветер
К иной земле, в иной закат,
Так наша жизнь уходит в вечность,
Как птицы, ночь и облака.

Вот месяц острыми рогами
Уткнулся в сумрак за холмом.
Одна звезда осталась в раме
Для встречи с солнечным лучом.

Она, мерцая, золотиться,
Струится тихо, как родник,
И тихо гаснет. В этот миг
Окно зачеркивает птица.

13
СЕАНС ТЕЛЕПАТИИ

Я по улице иду,
По ноябрьской, снежной,
Вспоминаю на ходу
Чей-то голос нежный.

И врывается, как свет,
В мир души туманный
Твой знакомый силуэт –
Четкий, филигранный.

Может быть, и ты идешь
В это время где-то;
Может быть, смеясь, грызешь
Рыжую конфету;

Очарована зимой,
На тропе хрустальной
Вспоминаешь так же мой
Лик неидеальный.

Не догадка, и не сон,
Даже не стихия.
Это как бы в унисон
Связь, телепатия.

Слышишь? – Это я сказал,
Абонент влюбленный:
«Я найду твои глаза
И платок зеленый»

14
КЛЕКОТ ГОРЛА

Я внял игре размывчатого света.
И в душу заключил, и вылил в трель.
Над тайной слов, над тонким смыслом ветра
Задумалась зеленая свирель.

Я плакал с равнодушными глазами.
Я душу изглашал в звериный зев.
Мою сырую дудочку пронзали
Невызревшие звуки красных зорь.

Сырые звуки! Знаю, я не мастер
Веселых, круглых звуков! Я не вник
В гармонию. Но я дыханьем страсти
Глухой и дряблый высушу тростник!


Я клекот горла вылью в пять отверстий
Моей свирели. Трепетней крыла
Забьется звук. И в слушающем сердце
Зашевелиться тонкая игла.
15
ДЕРЗАЙ
Блажен, кто познал искусство жить
Без тяжких сердечных волнений.
Кто может душою, где надо кривить,
Тот, долголетия гений.

Энергию - точно доказанный факт –
Расходовать надо умнее.
Людей темпераментных косит инфаркт;
Дыши, обыватель, ровнее!

Рассчитывай в дозах сердечную дрожь,
Рентабельность злости и страха!
И ты бегемотом сто лет проживешь,
И столько же лет черепахой.

А мне не завидуй. Мой лозунг другой!
Нет жизни без соли и перца!
Пусть рвутся сосуды от крови тугой,
От яростной удали сердца!

Дерзай, ретиво! Ты - счастья кузнец!
Не бойся нагрузок атлета!
Толчками отважных и щедрых сердец
Свой бег убыстряет планета…
16
НЕ РВЯСЬ ЗА СЛАВОЙ.

Стихи – они такое варево.
Что не поймешь – о чем, о ком?
Я научился разговаривать
Простым и дерзким языком.

Не поэтическую хватку
Ценя, а искренности раж.
Я научился правду- матку
Так резануть, что не издашь.

И четкой не имея цели,
Не рвясь за славой по пятам;
Брожу по свету менестрелем,
Стихи читаю там и сям.


И если кто-то улыбнется
В ответ на точный оборот,
Мне это в сердце отзовется
И рифмы новые зовет.

И не хочу гадать об этом:
Знаток ли я сердечных струн,
Рожден ли вправду быть поэтом
Иль просто – милый говорун.

17

Снова ВЕСНА

В небе скользят облака.
Вьется крылатая птица.
Сердцу прекрасное сниться
Жизнь беспричинно легка.

Жизнь беспричинно легка.
Сердцу немногое надо
Солце. Апрель. Облака.
Тихий ноктюрн водопада.

Дождь застучал? Ну и что ж?
Тучи клубятся, ликуя
В губы стучит поцелуем
Первый застенчивый дождь.

А из-за облачных крыл,
Неповторимо прекрасно
Светлой апрельской гримасой
Солнце взирает на мир.


18

СЛЕДЫ ЗАКАТОВ

Цвели поцелуи и таяли всласть.
Насвистывал перепел в поле.
И жизнь словно льдина по речке неслась
В изломах и трещинах боли.

Признайся, Товарищ!- закатов следы
Ты многие помнишь едва ли?
И где эти струи журчащей воды
В которые камни кидали?

Не страшно. Не горько.
Поверь мне, поверь –
Не зря я бываю печальным.
Как много на свете законных потерь!
Как мало находок случайных!

Ты помни: мы юны и звезды вразброс,
И чувствуем кожей вот это:
Среди Вероникиных всяких Волос
Летит голубая планета.

Она небольшая. И речки на ней,
И трудиться перепел в поле,
И окружаться льдины, стремясь до морей,
В изломах и трещинах боли…

Куда вы? Куда вы? Плывут, как корабль
Безрульный. А люди стареют.
И также невспомненный блещет сентябрь,
И те же закаты алеют…

19
ВОСПОМИНАНИЕ

Была ты босоногой и наивной,
С таким счастливым голосом и смехом,
Идут почти тропические ливни,
Я жду с волненьем первых хлопьев снега.

А дождь бежит и шарит по карманам,
Бежит за воротник и мочит губы…
Ах, этот дождь! Безудержным шаманом
Колотит в свой большой и грустный бубен.

Забрызганы клены и березы
На лона луж свои роняют листья,
Поймешь ли ты, что этот дождь не – проза;
Что это никогда не повториться!!

Что бормоча сонеты сам себе,
Я больше Так не вспомню о тебе!!!